Марс-96. Целина космических просторов

Термин «супергруппа» появился для того, чтобы описать новый вид образования музыкальных коллективов, состоящих из участников других групп, либо сольных исполнителей, которые объединяют свои усилия для создания совместного проекта. Этим, собственно, супергруппы и интересны – это как если бы попытаться создать идеал из имеющихся примеров. Как в «Женитьбе» Н.В. Гоголя говорит Агафья Тихоновна: «Вот если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича…» Примерно так и получается супергруппа. продолжение

Saving Hands о том, что можно спасти с помощью музыки

Кроме высказываний посредством музыки, podpolye.com дает возможность молодым музыкантам высказаться живым словом и прямой речью. Первый пост в этой рубрике открывает Илья, половина проекта  Saving Hands.

 

SCcNLQ4gzmEP.: Что такое проект Saving Hands?

И.: Saving Hands переводится «спасая руки». Мне нравится деепричастие в названии.

Р.: Откуда идея? Медицинская ассоциация?

И.: Некоторые люди приобретают энергию, некоторые теряют. Когда теряют, сохнет кожа рук. С помощью музыки можно свои руки спасти. Тем более что ими нужно играть. Хотелось бы сочетать максимально живой звук с максимально неживым.

Р.: Как я понял, вас в проекте двое?

И.: Двое: я и Витя.

Р.: Расскажи о городе, в котором ты живешь. Как он влияет на тебя?

И.: Живу в Красногорске Московской области, но обитаю в Москве, которую люблю и ненавижу. Москва и злит, и радует.

Р.: Да, со многими так. Злит чем больше всего?

И.: Гопарями, конечно же.

Р.: А радует?

И.: После поездки по Европе все же выяснилось, что Москва — просто охрененный город. Рим – грязный и шумный.

Р.: Справедливо. Хотя я думаю, что грязи и шума и в Москве хватает.

И.: Здесь он другого характера. Там будто компрессированный. Может, за счет иноязычной среды это ощущение возникает.

Р.: Или из-за пространства. В Москве его побольше все-таки.

И.: Да, так и есть. Места много, дышится легче, скейт-парки есть, клубы и магазины инструментов есть. Все замечательно.

Р.: Что определило твое решение заняться музыкой?

И.: Наверное, гены. У мамы два высших музыкальных образования, отец – джазовый пианист. Я в пять лет пошел в музыкальную школу. Заниматься заставляли, я ленился. Короче, отучился восемь лет и понял, что рок – это круто.

Р.: Кто твой любимый композитор из школьных лет?

И.: Не любил классику. Лайам Хоулетт — любимый.

Р.: А из джаза?

И.: Орнетт Коулман. Но это сейчас. Тогда тоже по фигу было. 

Р.: Сейчас, видимо, тяготение к дарк-вейву?

И.: Нет, просто нравится эстетика.

Р.: А как охарактеризуешь ваш стиль?

И.: Авант-рок, наверное.

Р.: Да, со стилями всегда засада. Прочь от ярлыков!

И.: Стили и ярлыки — это круто. Дифференцировать правильно . Мне понравилось, как написали на афише с Бромом – электро-рок.

Р.: Расскажи про записи. Есть ли они у вас? Или только то, что выложено в соц.сетях и на youtube?

И.: Пока только видео и одна демка.

Р.: Видео с самолетом?

И.: Это я просто набросал, когда приобрел синтезатор «Yamaha Tg77».

Р.: Симпатично получилось, но это только небольшая зарисовка? Продолжения и развития нет?

И.: Можно придумать. Там дарк-вейва мало, но всякие вейвы — это круто, конечно.

Р.: Когда собираетесь записываться и где?

И.: Скоро. Пока не знаем.

Р.: За творчеством каких музыкантов тебе интересно следить сейчас?

И.: Тусовка Birdy Oo, Янтарный копрофил, Электроннная сигарета, Серцедер – крутые чуваки. Новая волна независимого рока.

Р.: Лучший совет, который ты получил.

И.: «Иди-иди, да не пи*ди!» Бабушка в метро сказала.

Р.: И последний вопрос: что для тебя отдых?

И.: Движение!

 

Saving Hands можно услышать в Москве 30 мая в «My Bar» и 1 июня на фестивале «Структурность»

Кевин Эйерс (16 августа 1944—18 февраля 2013). Памяти гедониста

AIERS_Kevin2Кевин Эйерс рожден под знаком льва. А люди, рожденные под знаком Льва — это люди солнца. Солнце помогало Кевину, Кевин любил солнце. Пропитанный с детства воздухом Малайи, где прошло его детство, он пронес в себе море, которое выплескивал в музыку.

Одной из главных особенностей Кевина Эйерса было внезапное исчезновение с намечавшегося пьедестала. Как только он достигал какой-то вершины, сразу исчезал из поля зрения, чтобы объявиться где-нибудь в Средиземноморье и начать все по-новому.

Приученный к авангардному джазу с момента возвращения в Англию, он не мог не вмешать в свое творчество, пропитанное английским влиянием, каких-нибудь странных экспериментов, отличавших его музыку от творений всех остальных, бывших в то время в топе. Вроде и не The Beatles, и не Pink Floyd, но манит и притягивает не меньше оных, а то и посильнее.

Американский журнал «Trouser Press» назвал его «счастливым гедонистом» и написал, что Кевин Эйерс пишет три типа песен: «те, которые были навеяны легким алкогольным опьянением; написанные в средней степени опьянения; и в безумном состоянии полной отключки».

Вдохновитель группы Soft Machine, он играл со многими музыкантами, карьеры которых стали не менее увлекательными, взятые по отдельности. Кевину подыгрывал Майк Олдфилд в 17-летнем возрасте, когда записывал свой знаменитый дебют «Tubular Bells»; Дэвид Аллен, который позднее организовал группу Gong; Роберт Вьятт, автор гениального альбома «Rock Bottom», записанного в инвалидном кресле; Энди Саммерс, позднее игравший в составе Police и многие другие.

Soft Machine выступали перед группой Jimi Hendrix Experience, Кевин сотрудничал с Сидом Барретом, Джоном Кейлом, Брайаном Ино и Нико.

Несмотря на  расслабленную атмосферу, которая присутствует в его творчестве, в его песнях очень много слоев, которые можно распознавать с каждым новым прослушиванием: здесь есть место и авангардному джазу, и прог-року, и шумовым экспериментам и много чему еще. Альбом «Shooting of a Moon» 1970-го года попал в список журнала Wire «100 альбомов, которые подожгли мир (когда никто не слушал)».

Кевин умер во сне 18 февраля 2013 года в Монтольё, во Франции, в возрасте 68 лет.

Оливия Блок. Музыка из Города Ветров

Музыку Оливии Блок можно услышать во многих местах – от живых исполнений звуковых дорожек к фильму и перформансам до записей на сольных альбомах и в сотрудничестве с современными композиторами. Журнал Wire описывает ее творчество как соединение детального экологического звукового ландшафта, включая свойственные ему неожиданности, с изящной инструментальной архитектурой. Даже невооруженным ухом можно услышать, как она вплетает в полевые записи струнно-смычковые звуки, насаживая это на тонкую нить электроники. продолжение