Sashash Ulz «Herbarium». Покой буйных трав

64899227-1Sashash Ulz — музыкант из Карелии, выпустивший множество релизов на собственном DIY-лейбле «Dva Zagorodnyh Doma» и не только на нем (выпускали его и немецкий, и другие лейблы), как правило, если на физическом носителе, то неизменно на кассете. Чтобы кое-что было понятно, следует записать формулу:

Sashash Ulz + Kot Kot = Dva Zagorodnyh Doma

Иногда Dva Zagorodnyh Doma записывают сплит, так что на одной стороне играет Sashash Ulz, а на другой Kot Kot. Иногда Kot Kot записывает альбом, иногда Sashash Ulz. Но в любом случае, они уже успели обзавестись своим собственным почерком и в любой подобной записи слышны «Dva Zagorodnyh Doma».

Как следует из названия «Herbarium» — альбом о великолепии растений. Все девять треков альбома названы в честь одного из представителей флоры — от валерианы до каннабиса. Присутствие теплого звука органа, диковинных звуков погружает в ретро-фолк-атмосферу, ближе к корням и земле. В «Betula» (означающей карельскую березу) звучит подвижный бас, а «Valeriana» оказывает такое же седативное действие, как сама валериана. Sashash Ulz наблюдает как растет трава и отслеживает ее судьбу, вплоть до попадания в альбом в засушенном виде. Однако это не мешает травам сохранять свой аромат и красоту. Спокойная лебеда и задумчивый подорожник, вьюнок и полынь, зверобой и мята соседствуют в альбоме и дышат с каждой страницы. Кроме ароматов теперь у них есть звуки.

Кассет, как водится, немного, всего 21 штука, и если вы хотите их приобрести, то лучше не медлить, а обратиться на лейбл «Full of Nothing«. В любом случае, всегда можно послушать и скачать альбом за назначенную вами цену.

4 марта 2013 года на информационном сайте республики Карелия появилась новость, что Минприроды обвинило холдинг «Кареллеспром» в незаконной рубке леса в одном из лесничеств. Холдинг ответил, что рубку деревьев проводили не они, а подрядчик. То есть платить за восстановление леса отказываются и перекладывают вину на других. Неудивительно, если в итоге обвинят во всем бобров. В свете этих событий Sashash Ulz сохраняет природное великолепие Карелии, обнажая ее красоту, но не принося при этом никакого вреда.

Pere Ubu «Lady from Shanghai». Танцы снаружи и внутри

3101Pere Ubu выпустили альбом «Lady from Shanghai» 7 января 2013 года, спустя 35 лет после своего дебютного альбома и спустя 10 лет, с тех пор как я услышал их впервые. Знакомство мое произошло с песни «Slow Walking Daddy», в которую я сначала долго не мог врубиться, пока она меня не загипнотизировала, не помню уже с какого по счету прослушивания. Песня была на сборнике, в котором мне нравились сначала одни песни, потом другие. Но, спустя 10 лет, мне она нравится до сих пор .

Pere Ubu продолжают гнуть свою линию, отыскивая новый звук, оставаясь при этом впереди многих, несмотря на свое аутсайдерство. Изначально Дэвид Томас собрал Pere Ubu как однодневный проект, чтобы записать несколько песен и сгинуть. Однако затем стал накладывать новые звуки на старые записи, деформируя сознание слушателей. Слушателям нравилось. Смесь арт-панка, блюза, авангарда, индастриала с эксцентричным вокалом Дэвида Томаса может оставить равнодушным только тех, кто не готов прислушаться. А лучше расслабиться и прислушаться. Чтобы полностью втянуться в творчество Pere Ubu, необходимо войти в транс, в который погружает музыка группы. Ее следует поставить на repeat, и тогда произойдет чудо. Если вам понравится, вы сделаете это сами, а если нет, найдите силы послушать пластинку раза три-четыре. После этого она самостоятельно начнет звучать в голове. Выветривается с трудом. И в данном случае это хороший признак.

«Lady from Shanghai» — альбом танцевальный. К нему даже прилагается пояснительная книжка «Chinese Whispers». Упрямый бит, с которого стартует альбом («Thanks»), продолжается танцем наизнанку «Free White», чтобы перерасти в неумолимое зловещее техно «Feuksley Ma’am, The Hearing», из которого уже не выбраться. Ты в ритме танца, тебе некуда деваться и все такое.

«Mandy» звучит как песня. В том смысле, как ее понимает большинство. Ее можно ставить на радио, можно включать в машине, можно выворачивать ручку громкости вправо на вечеринке, когда она звучит. Далее следует «And Then Nothing Happened», берущее свое начало в софт-панковском ключе и теряющая свой конец в нойзовом море. Возвращает к ритму, хотя и сбивчивому, авангардная баллада «Musicians Are Scum».

Самое лучшее место альбома — спайка из трех песен, которые на виниловом издании идут на одной стороне. Изначально вкрадчивая «Another One (Oh Maybellene)» на плотной ритмичной структуре набирает обороты, чтобы неожиданно оборваться. Расползающийся блюз «Road Trip Of Bipasha Ahmed» собирает песчаную скульптуру из вонзающейся в мозг мелодии и настойчивого бита, чтобы снова рассыпаться. И венчает все это «Lampshade Man» с крепким, но замороченным рифом, который движет все существо и дергает его струны, и стучит внутри, хотите вы этого или нет.

На треке «414 Seconds» происходит окончательное затопление танцем, а в разорванном индастриале «The Carpenter Sun» случается растворение.

Леди из Шанхая танцует внутри под китайские шепоты.

Olivia Block «Heave To». Общая история водоворотов

cover (3)Вода нас окружает повсюду — вода сверху, снизу, справа и слева, и даже внутри. Вода является самым распространенным растворителем и одновременно загадочной стихией. Изучать ее опасно, но интересно. Спросите об этом хоть Кусто, хоть Садко.

На своем альбоме «Heave To», выпущенном на лейбле Sedimental в 2006 году, Оливия Блок тоже обращается к воде, как к главному вдохновителю. Причем не просто к воде, но к ее таинственной и темной сущности. Вода здесь — сама природа, которая вольна распоряжаться как угодно — может погубить, может убаюкать (чтобы потом все равно погубить).

Вода здесь играет главную роль — она закручивает и закручивается, захватывает и выталкивает, подчиняется и обманывает. Оливия Блок рисует это в свойственной ей манере соединения звуков инструментов и естественных звуков природы, растворенных друг в друге, как соль в воде. При прослушивании можно выпаривать эту соль, можно фильтровать воду, но самый лучший способ — поддаться и окунуться.

Самый лучший — не значит самый безопасный, потому что здесь слышно как трещит древесина, ломается борт корабля и перед великой силой все остальное кажется необязательным и беспомощным. Гул нарастает, удары становятся все более напористыми и вот все остальное уже воспринимается не со стороны, а изнутри ее, так что слушатель не понимает как он успел так глубоко погрузиться.

Альбом разделен на три части. В первой плотность звука (или самой воды) максимальная, схожая со штормом, водоворотом или беспощадным ливнем, подкрепленная тревожным криком чаек. Во второй больше воздуха, словно это русалки шепчут на ухо сказки морякам, оказавшимся за бортом или стосковавшийся по гуслям морской царь зовет Садко, взъерошивая воду Ильмень-озера.

Третья часть «Make the Land» — все с чем вода вволю наигралась, из чего выжала необходимое и прибила к берегу сушиться или качаться на волнах. Водяной засыпает и видит сон о земле, не выходя из воды.

Alexei Aigui & Dietmar Bonnen «Anonymous». Современное Средневековье

6434_bАлексей Айги — современный композитор и скрипач, работающий на ниве, близкой к авангарду и минимализму. Даже свой аккомпанирующий коллектив он назвал 4’33» в честь одноименной композиции Джона Кейджа, когда тот не извлекает ни одного звука из инструмента ровно 4 минуты 33 секунды.

Алексей Айги написал музыку не только к фильму «Страна глухих», но и к сериалу «Каменская», из последних работ — музыка к фильму «Орда». Кроме этих самых знаменитых работ — «Ретро втроем», «Мой сводный брат Франкенштейн»,  телесериал «Доктор Тырса» и многое другое.

Помимо этой деятельности Алексей Айги сотрудничает с Дитмаром Бонненом — немецким пианистом, с которым они интерпретируют в скрипично-фортепианном ключе то Джимми Хендрикса, то Джима Моррисона, то Фрэнка Заппу.

На этот раз они взялись за исторические записи. Настолько исторические, что уже никто ничего не знает об их авторах, а если и знают, то очень приблизительно. Собственно, потому диск и назван «Anonymous». Алексей и Дитмар перерабатывают (и делают более доступными) композиции Средневековья. По этому пути можно проследить развитие музыки на протяжении не только времени, но и географии.

Открывает диск композиция «So treiben wir den Winter aus» — родом из средневековой Германии и продолжается «Mein Herz ist mir gemenget» того же времени и той же страны. Затем вперемешку — Франция, Англия, Россия, снова Германия и кое-что из Испании.

http://www.youtube.com/watch?v=IDE3-TpYn5I

Западноевропейская музыкальная культура свои основные черты обрела в средние века. Тогда музыка звучала буквально отовсюду — из церквей, из замков аристократов, из-под доспехов рыцарей и просто на улицах. В это же время появляется нотная грамота, благодаря которой мелодии стали записывать — легенда это или нет, но в нотной линейке потому и пять линий, что пальцев было пять и Гвидо д’Ареццо именно с помощью пальцев демонстрировал, какую ноту надо брать. Однако про Средневековье известно не так много, а тем более про авторов, сочиняющих музыку. Самым популярным в те времена был, наверное, Гийом де Машо, чьи диски продаются до сих пор. (Кстати, можно попробовать доказать принадлежность к его генеалогическому древу, чтобы  получать отчисления).

Если вы хотите получить короткую справку по развитию музыки в Средние века, то лучшего источника не найти — диск звучит нисколько не скучно, а даже,  напротив, увлекательно. Вот за французскими мелодиями идет русский «Мишка-Торопанюшка», оставляющий слушателя наедине с недосказанной тревогой. Есть здесь и вариации на тему «Город золотой» под названием «Heaven», и пробирающая до пят и их костей турецкая «Uksudara gider iken» и умиротворяющая «El Rey» из мусульманской на тот момент Испании.

Следует напомнить, что в позднее Средневековье из одноголосия развилось многоголосие, а такие европейские инструменты, как орган, клавесин и скрипка, достигли совершенства. То есть музыка развивалась, притом изменения ее были переломными. Музыканты, творившие в то время, делали свое дело не для того, чтобы прославиться, а потом сниматься в рекламе стирального порошка, а из любви к музыке, в чистоте которой не приходилось сомневаться. В наши дни, когда музыка тоже звучит отовсюду, а музыкальная индустрия переживает переломные моменты, важно не разучиться любить музыку и не перестать к ней прислушиваться, отделяя важное от пустого.

Mazes «Ores & Minerals». Это вам не камни

MazesMazes, наконец, выпустили свой второй альбом, который увидел свет 18 февраля 2013 года. Наконец — потому что группа уже засветила с него две неплохие песни. Второй — потому что обладает синдромом второго альбома, при том что первый не обладал синдромом первого.

На 11 песнях Mazes показывают насколько им лень. Лень сочинять хитовые песни, лень придумывать разнообразные мелодии, лень записывать вторые альбомы.

На дебютном альбоме  «A Thousand Heys», выпущенном группой в 2011 году, Mazes тоже показывали, насколько им лень, но то была лень по поводу работы, подъема с кровать по утрам и нежелания быть кем-то. И хотя на первом альбоме абсолютных хитов не было, по настроению его можно было сравнить с первыми записями нашего великого бездельника Цоя или с группой Kinks (некоторыми моментами). Второй же альбом, в противовес рок-н-ролльному безделью первого, демонстрирует безделье творческое.

После открывающего альбом трека «Bodies», который уже успел хорошо лечь на слух и по настроению похож на песни с первого альбома, следует какая-то сумятица, из которой почти ничего в голове не оседает, а в непосредственный момент звучания — треки с альбома напоминают работу какого-нибудь бытового прибора (тостера или чайника), сопровождаемого естественным для него шумом, который настолько привычен, что ухом почти не воспринимается (если только не выйдет из строя).

После легкого и весеннего трека «Bodies» пустить неуклюжую «Dan Higgs Particle» было большой неосмотрительностью, а включать ее в альбом — оплошностью. Как и на первом альбоме, на этом тоже имеются две мини-пьесы — «Significant Bullet» и «Leominster» — предназначение которых не совсем понятно. Возможно, если альбом сравнивать с рудой, в которой слушатель должен искать минералы, эти пьесы расположены симметрично (третья с начала и третья с конца), чтобы выкристаллизовать ценную породу, однако получается обычный лед, тающий сразу после прослушивания.

Если продолжать сравнение с рудой, то эта руда — скорее бедная, которой необходимо обогащение. К трем достаточно неплохим песням «Sucker Punched», «Delancey Essex» и «Skulking» можно было бы добавить еще несколько хороших, поставив между ними несколько отличных — получился бы шедевр. Но в итоге имеем сочиненный на скорую руку материал, который как следует не проработан, хотя намерения группы очевидны — тянутся они к свету, несмотря на подпольное существование.

Хотя именно последним обстоятельством может объясняться необязательность звучания Mazes — те, кому надо, все расслышат, а удел неврубающихся никому неинтересен. Как пел когда-то БГ: «Если б каменный уголь умел говорить, он не стал бы вести беседы с тобой».

 

Niechęć «Śmierć w miękkim futerku». Путаница в небылицах

cover

У меня  никогда не было альбома мечты. Ну то есть как это обычно бывает. Сидишь себе и ждешь, что принесет тебе однажды кто-то на блюдечке и просто скажет: «Послушай!» И ты включаешь и слушаешь. И уже с первых нот понимаешь, что это то,чего ты так давно ждал и о чем потаенно мечтал. Но если тебе так никогда и не принесут такого альбома, придется сидеть и отшивать одного за другим — этот слишком скучный, а тот — слишком веселый, у этого вон барабаны кривые, а у того от ритма плохо пахнет. Так и сидишь брюзгой в лютой тишине, а сам даже пальцем о палец не ударишь, чтобы отправиться на поиски такого альбома. И вдруг слышишь: где-то за стеной играет какая-то музыка. И ты, конечно, сразу понимаешь, что это не у кого-то музыка играет, а у тебя в голове. Ведь только у тебя могла родиться такая прекрасная музыка, и никто из этих упырей ничего подобного сочинить не может. Ан нет. Дальше мелодии набирают обороты и сворачивают в такую сторону, в которую тебе бы никогда в голову не пришло повернуть и расцветают буйным цветом, и прячутся под панцирь, и уводят в такие прекрасные дебри, из которых не так-то просто потом выбраться. В таком-то припадке совершенно невозможно не влюбиться. Не пропусти свою судьбу.

Так вот, я никогда ничего изначально не жду от какого бы то ни было альбома. Зато невозможно представить широту и высоту моей радости от подобных находок. Вряд ли мне кто-то поверит, но Niechęć мешают в своем творчестве джазовую свободу с психоделией, замысловатый пост-рок с авангардом и приправляют дабом. Кто-то не поверит, а кто-то попросту запутается.

Если вдаваться в детали, прекрасные поляки из Niechęć придумали замечательную формулу: подпустить таинственного дыма («After You»), чтобы вылиться из него струей свежего воздуха, сбивающего с ног («Taksówkarz»), затем осторожно балансируя по канату к трамплину, прыгнуть с вышки («Mojry») и отдаться во власть бушующему морю («Niespokojny Relaks») с последующим погружением на дно, где слышна арфа, а может быть, гусли Садко («Relaks Dub»).

Затем, уже во второй части пластинки, за кажущейся легкой мелодией скрыта тревога, разрастающаяся до отчаянно сосредоточенного надрыва («Drugi turnus w Pucku»), сменяющаяся меланхолией советских мелодрам 80-х, но оборачивающаяся вскоре мощным шквалом, годящимся для кораблекрушений («Prozak»).

Перед занавесом нас ждет психоделическая ловушка, в которую невозможно не попасть («Fecaliano»), из которой существует только один выход — в завораживающе трагичный финал («Śmierć w miękkim futerku»).

Кстати, загадка названия («Смерть в меховой шубе») заключается в том, что непонятен смысл, который музыканты в него вложили. Загадка подкрепляется обложкой. То ли эта суровая дама должна принять смерть, не снимая шубы, вследствие своих крепких затяжек, то ли это сама смерть предстает нам в таком образе — с двумя накрашенными ногтями, дымящая сигарой и в красной шубе.

Не перепутай свою судьбу.

Olivia Block «Mobius Fuse». Температура плавления

Трудно себе представить (однако я могу это сделать с легкостью) как в разгар какой-нибудь вечеринки я, сквозь шум и грохот праздничной музыки продираясь к проигрывателю, ставлю, наконец этот диск и все вокруг замирают. продолжение

Olivia Block «Pure Gaze». Гроза и глаза

После своего участия в группе The Marble Index Оливия Блок обратила свое внимание к полевым записям, которые она производила с помощью своих единомышленников из Orogenetics и Alial Straa.

продолжение

Alial Straa «Tunnels/Stairwell». Уловки и звуки

Альбом «Tunnels/Stairwell»  был записан музыкантами из разных стран, составляющими проект Alial Straa и сочувствующими им. Правильнее даже называть их звуковыми художниками, потому что они специализируются на создании звуковых полотен, где самое большое внимание уделяется именно звуку. Члены объединения Orogenetics зачастую отправлялись на природу и записывали там все, что подворачивалось под ухо — от ласкающего пения птиц до царапающего лязга железа, а потом создавали из этого огромное и захватывающее действо. продолжение

ОбщежитиЕ «Месторождение». Сны Бакунина

Так получается, что простому обывателю все преподносится на блюдце в виде телевизионного экрана. Дальше он заглядывать и не стремится. Однако, если задуматься, то ураган несет гораздо больше разрушения, чем это показано в сводке новостей. В рассказе Алекса Переса «Мародеры» двое жителей небогатого пригорода едут в богатый пригород, чтобы поживиться в оставленных богачами домах. Все это приводит к плачевным последствиям и лишь множит трагедии. Но иначе они поступить не могли. продолжение